Опубликовано в Прозревший Алень
01.01.1970

Я встречался с девушкой месяца три.

Не был до безумия влюблен. Просто влюблен. Очень нравилась. Красивая, неглупая. Вместе было весело, каких-то планов я не строил. Она забеременела. И я был счастлив. хер знает, почему. Просто счастлив. Ни страха, ни хрена не было. Тупая радость. Что будет кто-то мелкий, которого я буду очень любить.

Сделал предложение. Получил «да», в котором не сомневался, стал искать квартиру. Когда искал, знатно посрались, потому что Маша планировала жить не на съемной квартире, а в моей. В моей живет моя сестра. Она такой же наследник отца как и я, и выгонять ее я не подумаю никогда.
Значит, нам нужна своя квартира. Окей, давай купим. Я был готов впрячься в ипотеку. Бабло на первоначальный взнос есть, я скопил, и я на белой зп, все можно. Я хотел купить трешку, сдавать ее, и на эти деньги выплачивать ипотеку + добавлять сверху, чтобы погасить все быстрее, за года четыре можно уложиться, а до того времени снять однушку. Считал, что в однушке будет жить проще и дешевле.
— Младенец будет орать? Не раздражал бы.
— Спи, Маша, я готов сам вставать к ребенку. Готов готовить, полы мыть, стирать, греть смесь, гулять.

Я снял хорошую двухкомнатную квартиру. Она была счастлива, а я тем более. Подали заявление. Местный загс Машу не устраивал, подали заявление во дворец, хрен с ней с очередью аж на август, зато все будет красиво.
Свадьбу собирались отыграть скромную. На полсотни человек. Мне помогли друзья. Аренда ресторана за гроши, бесплатный фотограф, бывшая одноклассница была готова сшить Марии свадебное платье какое она захочет, тоже за смешные по Питерским меркам деньги.

Я купил трешку. Катались смотреть вдвоем, выбирали, я прислушался ко всем ее хотелкам. И купил. Думал, будет сюрприз, а она закатила истерику, почему без нее все оформил, почему до свадьбы, мы же друг другу никто? Какое никто? Ты — мать моего ребенка, почему никто? Я купил нам отличную квартиру, большую. Посмотри, какая комната будет у ребенка, можно всякие турники в углу поставить, места — завались. Рядом детсад, школа, парк. Круто же! Не угодил. Ладно, беременные все нервные. Я многое на это списывал.

По работе я часто в разъездах. Да, это хреново, когда у тебя семья. Но это хорошие деньги.

Приехал домой. Они с*ка даже не заметили меня. Трахались как в последний раз. Не хочу рассказывать.

Я молча собрал вещи и ушел. Позвонил владельцу хаты, сказал, что выехал.
Вернулся к себе. Сестра на лето уезжала домой к маме в Швецию. Ее мне очень не хватало. Может, будь сестренка дома, все прошло бы быстрее. Но она вернулась только к сентябрю. А до того я просто пил.

Не думайте, что я пустился во все тяжкие и надирался в говнище. Я работал. Отказался от отпуска и въебывал по проектам. Брался за все, что мог. Но когда оставалась свободная минута, становилось так плохо, что хотелось просто бухнуть и поиграть в линейку. Связь с внешним миром я не очень поддерживал, было на все насрать, кроме работы. Друзей я сторонился, потому что им же надо все-все рассказать, а я мужик, которому рога наставили, стыдно. Надо все это пережить. Только работа. И я ждал, когда вернется сестра. Единственный очень близкий человек.

Маша звонила много раз. Я дрогнул, мы встретились. Встретились ради того, чтобы она верещала, а я молчал. «Гнида, ты ох*ел?» и перечень требований. Я выслушал и сообщил, что ребенка я буду содержать. Любая помощь. Алименты, деньги на врачей, отдых, воспитателей. Маша сказала, что х*й мне, а не ребенок. Она никогда не даст мне его увидеть. Что ее ребенку такой отец нах*й не всрался (дословно). Что я настолько чмошник, что в рот она ебала. Я не дослушивал эту истерику, ушел.

Потом ежедневно названивала ее мать, говоря о том, что у Маши сложный характер, на самом деле она меня очень любит, мне просто надо первому пойти на мир. А я слышал: «Моя дочь ох*евшая тварь, она за*бала даже нас с отцом, ты уж давай, прогнись пониже, пацан, ты же хорошо зарабатываешь, ну.» Заблокировал к чертям.

А потом была СМС: «Раз ты такая тварь, что игноришь даже мою мать, сообщаю, что я сделала аборт!»

Тут можно было написать еще пару абзацев о том, какой я пиздострадалец, как мне плохо (а это все так). Я напишу о том, что сказала мне сестра:
— Ну, больше не будешь покупать прокладки девушкам.
Я хохотал «как не в себя» и вспомнил старый случай:

Еще весной, в марте или апреле, наверное это было. Я вернулся с работы, Маша была уже у меня дома — сестра её впустила. Маша хотела забабахать какой-то офигенный ужин, ей нужны были продукты, и она меня со списком буквально вытолкала за дверь. Танька добровольно пошла со мной и сказала следующее:

— Твоей девушке двадцать пять. Она в списке продуктов указала «олвейз четыре капли».
— И что? — смеялся я.
— Саня, я не знаю как в России, но у нас это подростковый тест на лоха.
— В смысле?
— В смысле, если ты лох, ты ей эти прокладки купишь.
— А если я не лох, но ей надо? — хихикал я.
— Слушай, Саш, — она тогда остановилась, развернула меня к себе, будто разговор очень серьезный, — Маше двадцать пять лет. Она не знает, когда у нее месячные? Она не может спросить прокладок у меня? Она не может сходить за ними сама?
— Что ты несешь, — смеялся я.
— Нормальная девушка никогда не пошлет парня, которого любит, за тампонами или прокладками. Не ржи, я серьезно. Это окей для пар, которые очень долго вместе, а вы вместе сколько? Месяца два?
— Полтора.
— Ей на тебя срать, Саш, — Танька тогда заглядывала мне в глаза, — Полтора месяца — это ведь самый конфетно-букетный! Ну не будет девушка его приземлять своими «ой, у меня менстра, купи мне затычек». Просто не будет. Сказку продляют, а не обрывают сообщением «из меня кровища хлещет». Понимаешь?
— Что?
— Ты не стоишь усилий, чтобы эту сказку создать.

Мораль: Слушайте умных людей.

Я встречался с девушкой месяца три.

0

Комментарии